Длиннохвостые синицы.

Майский дождик, всю ночь напролет нежно шептавший что-то молодой листве, к утру изнемог от неги и тихо умер. Тонкие березки на краю заболоченного леса немного погрустили о нем в предрассветной хмари, роняя на прошлогодний опад и свежую зелень болотного разнотравья редкие капли–слезинки, но быстро утешились, обласканные утренним ветерком. Солнце еще не встало, но уже угадывалось по бледной зорьке, когда самец длиннохвостой синицы окончательно вынырнул из полузабытья весенней ночи. Его подруга еще спала в теплом, закрытом гнезде, плотно посаженном мягким сероватым яйцом в развилке ствола ольхи, чахнущей на самом краю болота. Ольху покрывали седые лишайники, точно такие же, как на внешних стенках гнезда, и оттого заметить его, даже вблизи, было совсем не просто.

Длиннохвостая синица у гнезда.

Всю прошлую осень и зиму синички кочевали в общей стае с другими синицами, поползнями и пищухами, оживляя своими голосами уснувший лес, но ранней весной облюбовали нынешнее место для гнезда. За неделю до конца мая самочка села насиживать крохотные яички, белые, в красноватых крапинках, нежно опекаемая своим заботливым супругом. А жизнь текла своим порядком. Весна незаметно выросла в лето. Голые крошки-птенцы стали появляться на свет под утро, на Троицу. Уже к вечеру следующего дня появился девятый, последний и самый слабый. Прожил он всего одну ночь. Зато остальные, быстро освоившись с праздником жизни, заявили о себе неуемным аппетитом. Родители с утра до вечера искали для них корм - мушиную мелочь и паучков. Их легкие, пушистые длиннохвостые силуэты то и дело возникали на краткий миг, чтобы тут же исчезнув, появиться рядом, в другом месте, то в кронах березок, то в куртинах ивняков. Отдых наступал только в сизых сумерках и длился недолго – летние ночи коротки.

Подрастающие птенцы просыпались рано, до рассвета, неугомонно ворочались и толкались, устраиваясь повыше к выходу - окну в большой мир, для них еще враждебный и незнакомый.

Синица длиннохвостая.

За неделю до вылета птенцов случилось несчастье. Самка перепелятника опередила синичку–маму всего лишь на миг, мелькнув серой тенью, навсегда погасившей свет в глазах пичуги. Теперь отцу семейства приходилось работать за двоих. Хорошо еще, что корма хватало, стояли теплые июньские дни и комариной мелочи было вдоволь. В окрестных лесах доспевала сизой поволокой черника, когда птенцы покинули гнездо. Какое-то время они еще зависели от овдовевшего отца, но к середине июля освоили искусство выживания, не раз спасаясь от серого разбойника, перепелятника. Лето быстро катилось к осени. Иволги, жившие по соседству в березняке, уже отбыли к югу. Пришла пора расставаться с детьми, разлетевшимися кто куда. Изредка отец видел их мельком, кочуя по местам, где прошла его жизнь с ушедшей подругой. Какая-то непонятная, но властная сила удерживала его здесь, мешая покинуть родное болото...

Источник: В. И. Булавинцев. Там где живут зимородки. Москва, 2010.

Комментарии:

Нет комментариев :( Вы можете стать первым!